antongopko

Categories:

"Маленькие трагедии" по-французски. Небольшой видеоотчёт

Этот пост — для тех, кто не читает меня в фейсбуке. Ну и для меня самого. Я тут собрал воедино несколько фейсбучных постов, посвящённых нашему спектаклю «Маленькие трагедии», прошедшему в Лионе в марте — апреле сего года.

* * *

"Маленькие трагедии" Пушкина считаются несценичными. Русская википедия даже называет их "пьесами для чтения" — безо всяких, впрочем, на то оснований. Как бы то ни было, сценическая история этих четырёх жемчужин российской словесности довольно трудна. Ставят их, действительно, редко — совсем не пропорционально их славе. И ещё реже удачно. Скажем, постановка А. Н. Бенуа стала одним из самых болезненных провалов в истории дореволюционного МХТ. (Это чтобы не ходить за более близкими примерами).

Мне это всегда казалось довольно странным. Ну не мог я поверить, что Пушкин, так любивший театр и так хорошо в нём разбиравшийся (см., например, его блистательную статью "О народной драме и драме "Марфа посадница" М. П. Погодина", написанную в том же году, что и "Маленькие трагедии"), мог взять и написать пьесы просто "для чтения". Да и герои этих трагедий всегда казались мне такими живыми, правдивыми, прямо просящимися на сцену. Косвенным подтверждением своей правоты я считал и то, что трагедии эти были использованы выдающимися композиторами в качестве материала для опер — и порой неплохих.

И когда мне предложили вести занятия в Ecole de Théâtre de Lyon, я решил рискнуть и поставить с ребятами "Маленькие трагедии". Риск был тем интереснее, что здесь этот цикл не известен, можно сказать, вообще никому. Соответственно, никакого давления традиций, никакого пиетета и придыхания перед "нашим всем". Редкая, даже уникальная, возможность прочесть этот текст в буквальном смысле с чистого листа. В России, разумеется, совершенно немыслимая.

А чтобы облегчить восприятие неподготовленного французского зрителя, мы объединили (и в то же время разделили) эти четыре истории коротенькими интермедиями с участием милого и нелепого Пушкина, как бы сочиняющего эти трагедии прямо перед нами и разыгрывающего их в своём воображении.

Разумеется, студенческий спектакль — он всегда малобюджетный. Но всё же наши возможности были не настолько малы, чтобы мы при желании не могли себе позволить кое-какие декорации. Так что их отсутствие — это намеренная задумка. Понятно, что с Бенуа нам всё равно не потягаться. А главное, что это, как известно из истории, и не нужно. Поэтому мой подход был противоположный: голая сцена, голый пушкинский текст, обнажённые пушкинские страсти и актёры (нет, не голые), живущие в предполагаемых* обстоятельствах, как рыба в воде.

Такой подход я считаю тем более оправданным, что "Маленькие трагедии" в значительной мере абстрактны. Какую-либо историческую достоверность в них искать бессмысленно. Это притчи.

К сожалению, качество видео получилось неудовлетворительным. Так часто бывает, когда пускаешь дело на самотёк. Тем не менее, я решил выложить несколько отрывков. Начну с начала: с первой сцены "Скупого рыцаря". Конечно, это совсем не то, что смотреть спектакль в зале, но всё же.

* * *

Большой монолог — это всегда испытание для актёра. Особенно когда актёр на сцене один. В этом смысле знаменитый монолог Барона из "Скупого рыцаря" — настоящая профессиональная проверка на умение в одиночку "держать" зал на протяжении нескольких страниц весьма непростого текста. И что же? По-моему, наш Жорж справляется с этой задачей не хуже иных народных артистов.

* * *

Драматургическая структура "Скупого рыцаря" проста и эффектна. В первых двух сценах Пушкин по отдельности представляет нам противоположные стороны конфликта, а в третьей сталкивает их лбами. Разумеется, это только на первый взгляд и в первом приближении. На самом-то деле там масса вторых и третьих планов. И если приглядеться повнимательнее, то всё будет не так уж просто. Но по-прежнему эффектно!

* * *

А теперь мой самый, пожалуй, любимый фрагмент нашего спектакля — а именно, первая сцена "Моцарта и Сальери".

Сразу хочу оговориться — обоих главных героев у меня играют девушки, и это не вынужденная мера, как могут подумать, а осознанное решение, причин которому две.

Во-первых, пушкинские персонажи ничего общего с реальными историческими Моцартом и Сальери не имеют. И чем абстрактнее будут они воплощены на сцене - тем лучше и честнее по отношению ко всем.

Вторая же причина более личная. Читая и перечитывая первый — очень актёрски опасный — монолог Сальери, я вдруг против воли представил себе, как могла бы его произнести одна знакомая дама-искусствовед, которая за Великое Искусство — точнее, за своё понимание искусства — не только Моцарта прикончит, но и Бетховена с Чайковским укокошит, не поморщившись. (Сразу оговорюсь, что ни среди моих френдов, ни среди подписчиц она не числится — мои френдессы-искусствоведы все сплошь прекрасные, милые люди, ни к какой уголовщине не склонные).

Но мне действительно хотелось передать здесь трагедию человека, искренне преданного искусству, отдавшего ему всю свою жизнь без остатка, и при этом не способного, условно говоря, срифмовать "поздрaвляeм" и "желаем". При этом кто-то другой, который и трудился меньше, и барокко от рококо отличает с трудом, фонтанирует нестандартными идеями и плодоносит как яблоня в урожайный год.

Несправедливость? Несомненно! Трагедия? Бесспорно! И не все находят в себе силы пережить эту трагедию достойно. Кто-то сохраняет в себе беззаветную преданность искусству и служит ему тем, чем может. А кто-то разрабатывает сложные системы и схемы и развивает в себе, можно сказать, зоологическое неприятие всего подлинно творческого. (Ибо подлинное творчество оно потому и творчество, что никаким схемам не соответствует и ни в какие системы не укладывается). Разумеется, всё это под прикрытием патетической риторики "служения Прекрасному".

В этом смысле очень показателен эпизод со Слепым Скрипачом: там, где один улыбнётся, другой прочёт нравоучение, а потом убьёт Моцарта "ради него же самого".

Что же касается открывающего эту сцену монолога, то дался он нам не сразу. Давила, в том числе, и ответственность: в конце концов, именно этим монологом простился с публикой сам Станиславский! (Большой трудоголик и любитель создавать системы, между прочим, — ох, есть тут над чем подумать).

В конце концов, я попросил Меган (так звали нашу "Сальери") отбросить текст и просто рассказать нам о том, что лично она считает вопиющей несправедливостью, и привести примеры, когда ей пришлось испытывать жгучую зависть. К моему удивлению (и восхищению) Меган, недолго думая, разразилась страстным и очень откровенным монологом, который далеко не каждый решился бы произнести не наедине с собой. Осталось только наложить на пойманное внутреннее самочувствие актрисы пушкинский текст, и дело было в шляпе!

Не могу не удержаться и не добавить, что коллеги, подошедшие ко мне после спектакля, чтобы поделиться впечатлениями (и, в большинстве своём, совершенно не знавшие Пушкина), удивлённо восклицали: «Да это же «Амадей» Шеффера!» А я подумал (хотя и не стал произносить вслух): «Так-то оно так, да вот только Шеффер написал свою пьесу на 150 лет позже, и по сравнению с «Моцартом и Сальери» его «Амадей» — ширпотреб и вампука».

* * *

С этого момента я перестаю выкладывать всё подряд, ибо понимаю, что смотреть Пушкина по-французски — это надо быть фанатом (причём не Пушкина, а лично моим). Тем более, что качество видео оставляет желать. Но всё же не могу не поделиться ещё одной из своих самых любимых сцен — не только в "Маленьких трагедиях", а вообще. Это вторая сцена "Каменного гостя" (сцена у Лауры) — по моему мнению, одна из наивысших "точек кипения" мирового романтического театра. Всё там вроде бы до чрезвычайности просто, и в то же время каждый новый поворот сюжета лих и внезапен.

И, по-моему, мне достались ну просто очень талантливые студенты, которым удалось не только сыграть эту сцену искренне и естественно, без "рванья страстей в клочья", но и, как мне кажется, дать классическим образам свежее прочтение.

* * *

Ну и не могу завершить своего рассказа о "Маленьких трагедиях", не выложив хотя бы одного отрывка с донной Анной. Я — как и все мы, наверное, — очень высоко ценю советскую экранизацию с Натальей Белохвостиковой в этой роли. Но осмелюсь сказать, что наша Марин дала ничуть не менее убедительную (и совершенно другую) трактовку образа.

К репетициям сцен с донной Анной мы приступили относительно поздно, и до этого Марин скромно сидела в уголке, не привлекая к себе особого внимания. И помню, как после первой же репетиции вот этой сцены, которую вы можете здесь увидеть, мой стажёр и ассистент Тимур восхищённо воскликнул: "Какая она, оказывается, красивая!"

Действительно, Марин, как мне кажется, удалось верно схватить самые важные черты персонажа: искренность, порывистость и непосредственность, так не вяжущиеся с тем образом безутешной вдовы, который она сама себе навязала. Также было хорошо видно, как этой милой девочке хочется вырваться из той ситуации, в которую она невольно угодила: из жизни, превратившейся в нескончаемый траур.

Ну а что касается меня, то я искал этот образ, ориентируясь, разумеется, не на Белохвостикову, а на донну Анну из оперы "Каменный гость" "композитора-режиссёра" Даргомыжского. Не со всеми его решениями я безоговорочно согласен, но вот образ донны Анны он, как мне кажется, очень хорошо продумал. Актёрам я этого, правда, говорить не стал.

* * *

Ну и в качестве постскриптума добавлю, что из всех "Маленьких трагедий" наиболее радикально нами был решён "Пир во время чумы", истинным украшением которого стали Песня Мэри и Гимн чуме, написанные композитором Андреем Тихомировым специально для нашей постановки. Кажется, это первый случай в истории, когда музыка этих песен изначально сочинялась на французский текст. Но Андрей попросил меня до поры до времени не обнародовать видео. Уважая его авторские пожелания и будучи безмерно ему благодарным, оставляю "Пир во время чумы" за скобками своего рассказа. До лучших времён.


* Посвящённые поймут, почему я исковеркал общепринятый театральный термин "предлагаемые обстоятельства".

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.